МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ СТРОИТЕЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

НАШИ ЮБИЛЯРЫ

100 лет СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ

1912-1972

СКАНАВИ МАРК ИВАНОВИЧ

МГСУ-2012

100 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ

СКАНАВИ МАРК ИВАНОВИЧ

УДК 92

Под редакцией В.И. Теличенко

Составители: Н.П. Казановская, Д.М. Ахпателов

Оформление: Е.В. Троицкая

Фотографии и иллюстрации из архива семьи Сканави

Сканави Марк Иванович. Из серии «Наши юбиляры»/ ФГБОУ ВПО «Московский государственный строительный университет» - М: МГСУ, 2012, - 32 с: ил.

ISBN 5-7264-0481-5

Издания серии «Наши юбиляры» посвящены ученым, педагогам, руководителям и сотрудникам МИСИ-МГСУ, которые работали в вузе в разные годы и внесли значительный вклад в воспитание специалистов строительной отрасли.

Брошюра содержит описание жизни и деятельности талантливого математика, выдающегося педагога, яркой неординарной личности с интересной судьбой, автора-составителя популярного сборника задач для поступающих в вузы, к.ф.-м.н. Марка Ивановича Сканави.

Составители выражают благодарность за творческий вклад в подготовку издания Наталье Алексеевне Сканави, Андрею Марковичу Сканави, Владимиру Марковичу Сканави, Нине Александровне Зархи и всем, откликнувшимся на просьбу поделиться своими воспоминаниями о М.И. Сканави.

т./ф.: (499) 183-2856, 183-3356 © Кол. авт., 2012 г.

e-mail: expo@mgsu.ru © МГСУ, ЦИРС, 2012 г.

www.mgsu.ru

Подписано в печать 26.02.2012 г. Формат 60x84 1/16 Печать офсетная И - Объем 1,9 п.л. Т. 400 экз. Заказ № 82

ФГБОУ ВПО Московский государственный строительный университет Типография МГСУ. 129337, Москва, Ярославское шоссе, д. 26

14 января 2012 года исполнилось 100 лет со дня рождения «легенды» МИСИ-МГСУ, талантливого математика, неординарного педагога, автора-составителя самого востребованного и много раз переизданного сборника задач по математике для поступающих в вузы, художественно одаренного человека, одного из создателей программы учебного телевидения, участника Великой Отечественной войны, кандидата физико-математических наук, заведующего кафедрой высшей математики МИСИ 50-60-х годов МАРКА ИВАНОВИЧА СКАНАВИ

Говорят, талантливый человек талантлив во всем. Марк Иванович Сканави - яркое тому подтверждение. Одаренный математик, самобытный, педагог, поэт, писатель, музыкант, актер, неутомимый рассказчик с тонким чувством юмора, добрейшей души человек - все это о нем.

Судьба не баловала Марка Ивановича, заставив пройти все «круги» испытаний вместе со своей страной, родом, семьей.

Родословная

Марк Сканави родился в высокообразованной русско-греческой семье. Истинно русской, потому что, несмотря на свои греческие корни, все они были патриотами своей второй родины, все прошли вместе с ней сквозь войны, революцию, послереволюционную разруху и репрессии. Обо всем этом и пойдет рассказ. Но начать, пожалуй, стоит с греческих корней этой удивительной семьи.

Греческая ветвь предков Маркс Ивановича ведет свое начало с по селений острова Хиос в Эгейском море. Когда в XV веке православ-

Расселение по свету православной греческой диаспоры о. Хиос

Герб династии Сканави-Скараманга

ный Константинополь был завоеван Оттоманской империей, многие византийцы бежали на принадлежащий Генуе остров Хиос в поисках убежища. Через сто с небольшим лет остров заняли турки. Однако благодаря героическому сопротивлению коренного греческого населения он оставался православным, несмотря на турецкую оккупацию.

Три десятка православных привилегированных семей за два века сформировали на острове неаристократическую, в основном торговую, общину. В их числе были семьи Сканави и Скараманга, породнившиеся благодаря браку деда и бабушки Марка Ивановича. С XVIII в. у них устанавливаются тесные торговые и культурные связи со странами Восточной Европы. На острове Хиос туристам по сей день показывают развалины построек прошлых веков, оставшиеся после землетрясения 1881 года, а в столице острова есть улица Сканави.

Страшная «резня» 1822 года в период борьбы Греции за независимость заставила эмигрировать православные греческие семьи в страны Восточной Европы, в Россию и даже в Египет. Так некоторые члены рода Сканави осели в Австрии и даже занимали там высокие политические должности. Потомки другой ветви поселились вначале в Одессе, в Таганроге, затем в Ростове, где существовала греческая колония.

Семья Сканави переехала в Россию в XIX в. и поселилась в Таганроге. С этим периодом связана за-

Владимир Маркович Сканави с внуком Левой на улице Сканави

Андрей Маркович и Наталья Алексеевна на улице Сканави

бавная легенда, согласно которой отец А.П. Чехова привел к деду Марка Ивановича - Александру Сканави совсем юного Антона Чехова. Сканави взял его учеником приказчика в один из своих магазинов. Спустя месяц юноша был возвращен родителю с нелестным, но счастливым для будущего великого писателя приговором: «Сей отрок хорошо продавать никогда не научится».

Все дети семей Сканави, как говорится, вышли в люди. Многие организовали свое торговое дело Восемь детей Александра Александровича Сканави (деда Марка Ивановича) сумели приспособиться к превратностям судьбы в России и даже в смутные времена революции и войн становились профессиональными инженерами, музыкантами, учеными, педагогами. Они получили блестящее домашнее образование. Александрина Сканави, их мать, преподавала детям литературу, математику, физику, приглашала учителей музыки, французского, английского и немецкого. В доме регулярно устраивались семейные концерты и игрались спектакли на французском языке.

Домашний спектакль и концерт в семье Сканави-Скараманга

Отец

Иван Сканави с сыном Георгием

Яанис (Иван Александрович) Сканави (1887-1956 гг.) - отец Марка Ивановича - родился в Москве, но окончил гимназию в Ростове-на-Дону. В 1905 г. он поступил в С- Петербургский технологический институт на инженерно-механический факультет. Предреволюционные настроения в России не оставили равнодушным юношу, остро чувствующего социальную несправедливость, и он принимает участие в студенческих беспорядках.

За дерзкий поступок в театре, когда он не встал при исполнении государственного гимна «Боже царя храни», Ивану грозил арест, и тогда брат матери Георгий Скараманга помогает успешному студенту выехать в Цюрих для продолжения образования в Политехническом институте. Он закончил его вторым по успеваемости, но был честолюбив и так расстроился, что после процедуры торжественного вручения дипломов подарил свою медаль швейцару.

Диплом И.А. Сканави, окончившего Цюрихский Политехнический институт

Иван Сканави - студент инженерно-механического факультета С.-Петербургского политехнического института

Сохранились воспоминания современников, повествующие о том, что однокурсником Сканави в Цюрихе был не кто иной, как Эйнштейн. Оба играли на скрипках в студенческом струнном квартете. Иван Сканави - первую скрипку, Альберт Эйнштейн - вторую.

В роду Сканави не принято было менять своих убеждений, и в Цюрихе Иван вошел в круг революционно настроенных русских, где познакомился со своей будущей женой и единомышленницей Марией Семеновной Григорьевой.

Мать

Мария Семеновна Сканави-Григорьева (1884-1958 гг.) родилась в Петербурге в семье педагогов-математиков. Она получила всестороннее образование. После окончания женской Петербургской гимназии она поступила на Бестужевские высшие женские курсы (историко-филологическое, затем естественное отделение). Но через два года была исключена за участие в революционных кружках и завершала высшее образование сначала в Лейпциге вольнослушательницей, потом в Цюрихе, где и познакомилась с будущим мужем. И Иван, и Мария защитили дипломы Цюрихского университета и получили звание «доктор философии».

В Цюрихе у них родился сын Георгий (в семье его звали Юрой), а после возвращения в С- Петербург и венчания в 1912 году - второй сын Марк.

Трудно даже представить, как смогла бы Мария Семеновна, имея

двух сыновей, работать в нескольких местах (на курсах ветеринарного управления усовершенствования врачей, в Наркомате просвещения, Психоневрологическом институте. Ленинградском университете), если бы не материальная помощь родных и ставшая членом семьи на всю оставшуюся жизнь добрейшая помощница, няня и домоправительница Феодосия Ивановна Мордяшова, а по-родственному - няня Феня. Впоследствии по рекомендации Ивана Александровича она работала лаборанткой в МГУ и до конца жизни жила в семье Сканави.

Мария Сканави-Григрьева - работник Народного комиссариата по просвещению. Удостоверение. 1918 г.

Вместе на всю жизнь

Иван Александрович по возвращении в Россию стал работать инженером на электротехнических предприятиях С.-Петербурга. С 1918 г. он одновременно преподает в Петербургском политехническом институте и в Военно-инженерной Академии (Военно-электротехнической Академии им. С.М. Буденного).

Первую мировую войну, затем революцию и последующие годы разрухи молодая семья переносила стойко. Надолго они уже не расставались. И когда Ивана Александровича - участника боевых действий против Юденича под С.-Петербургом - направляют на восстановление электро- и водоснабжения освобожденных от белогвардейцев районов Поволжья, научный сотрудник академического института по изучению платиновых металлов Мария Сканави-Григорьева, не задумываясь, отправляется вместе с мужем в Самару (Куйбышев) и поступает на должность профессора Самарского государственного университета.

В 1921 году И.А. Сканави избирают депутатом Самарского горсовета. Когда Ивана Александровича переводят в Ленинград, огорчению самарских коллег нет границ. Вряд ли кому из нынешних депутатов приходилось получать такие «письма сожаления» с множеством подписей сотрудников.

«Дорогой Иван Александрович!

С глубоким огорчением мы узнали о том, что Вы уезжаете.

Мы, тесная семья учащихся школы Губэлектроотдела, никогда не забудем о том, что благодаря Вашей отзывчивой душе и Вашему внима-

нию к тяжелому положению детей, могущих остаться без образования, основана наша школа.

Мы обещаем Вам, что Ваше имя никогда не изгладится в нашей памяти, как основателя нашей школы.

Ученики 48-й школы имени Островского при Самгубэлектроотделе».

«Глубокоуважаемый Иван Александрович! С чувством большого сожаления обращаем мы к Вам эти строки. Вы оставляете нас, уезжая в Москву, для принятия более ответственного поста.

Два года делили Вы с нами горе и радость. При Вашем искусном и энергичном руководительстве и нашем посильном труде расстроенное в конец электрохозяйство Самары вновь восстановлено. Вы улучшили наш быт, введя сразу большую оплату труда, открыли школу для наших детей, организовали медицинскую помощь, а в годину тяжкого испытания - голода. Вашими энергичными мероприятиями спасли от смерти не одну сотню жизней.

За все это мы выражаем Вам от всего сердца наше горячее спасибо, а в Вашей будущей работе желаем полного успеха и здоровья на многие годы».

Самара. 19 ноября 1922 г.

Благодарные рабочие и служащие Самарских объединенных электрических предприятий». (467 подписей).

Письма от 16 преподавателей самарской школы, от учеников 48-й самарской школы, от 497-ми рабочих и служащих Самарских объединенных электромеханических мастерских. Май 1922 г.

Фото на память.

Сотрудники Самарской центральной электрической станции

Инициативный и энергичный специалист, вернувшись в Ленинград, Иван Александрович участвует в составлении и претворении в жизнь плана развития энергетического хозяйства страны (ГОЭЛРО). К этому времени он - эксперт ВСНХ СССР, затем Госплана СССР. Трудолюбие и упорство в достижении поставленной цели - эти отличительные семейные качества Сканави переходят впоследствии от поколения к поколению.

В 1923 году семья переселяется в Москву, и Иван Александрович преподает во многих столичных вузах: МВТУ, ИНХ им. Плеханова, МЭИ. По собственной инициативе он организовал в Плехановском институте научно-исследовательский кабинет электрификации и энергетики, превращенный в 1930 году в Научно-исследовательский институт, которым сам и руководил в течение 5 лет.

Тринадцатилетний Георгий и одиннадцатилетний Марк переезжают вместе с родителями в Москву. Здесь они заканчивают среднюю школу. После годичных занятий на подготовительных курсах Марк поступает в Ленинградский

государственный университет (ЛГУ) на математико-механический факультет. Мария Семеновна еще некоторое время, пока сын учился в Ленинграде, работала и в Ленинградском химико-технологическом институте, и в ЛГУ. Потом семья окончательно воссоединяется в Москве.

Здесь Мария Семеновна с головой уходит в науку. С октября 1924 года она - научный сотрудник лаборатории органической и аналитической химии МГУ, затем заведующая кафедрой и заместитель директора по научной и учебной работе МФИ.

Супругам Сканави довелось еще раз уже вместе побывать в Германии, потом в Чехословакии и во Франции. В 1925-1926 годах оба были в командировках: он - от ВСНХ, она - от МГУ.

Вначале семья Сканави поселилась в Москве в районе Таганки.

Квартира Сканави - гостеприимный дом. Сюда приезжают и живут те, кто в этом нуждается. Дети одного из родственников, репрессированного по «делу Госбанка СССР», жили здесь несколько лет.

Мария Семеновна Сканави-Григорьева с сыновьями Георгием (слева) и Марком (справа). Зима 1924 г.

Иван Александрович и Мария Семеновна Сканави с сыном Георгием

ФАМИЛЬНОЕ ГНЕЗДО

В своих воспоминаниях двоюродная сестра Марка Ивановича доктор искусствоведения М. Строева рассказывала: «Когда Шурик {Александр Николаевич Сканави, будущий профессор МИСИ, ред.) заболел скарлатиной, мама по предложению тети Мани (Марии Семеновны Сканави-Григорьевой, ред.) привела меня в квартиру, где тогда жила вся семья дяди Вани, чтобы я пожила у них. Их дети -Юра и Маля (Марк, будущий знаменитый математик) вышли в прихожую, чтобы познакомиться с маленькой сестрой. Мне было 6 лет, они оба были намного старше меня.

Потом мы все часто бывали в большой квартире на Сретенском бульваре, где устраивались детские праздники - Рождество с елкой, Пасха с катанием яиц и дни рождения, когда Юра бурно играл на рояле, а Маля (Марк) ставил шарады и сочинял остроумные буриме».

Знакомая сотням родственников, друзей и студентов гостеприимная квартира Сканави на Сретенском бульваре

Фамильное гнездо

В 1935 году Марии Семеновне была присвоена степень доктора химических наук без защиты диссертации. Она стала первой в стране женщиной - доктором-химиком.

В этом же году семья получила, наконец, большую 4-х комнатную квартиру в известном среди московских старожилов «Доме «России». В этом самом красивом в Москве 20-х годов (по мнению знаменитого архитектора Корбюзье) доме на Сретенском бульваре в окружении близких по духу родных, фамильных реликвий, старинных картин, книг, музыкальных инструментов и пройдут последние почти 40 лет творческой жизни Марка Ивановича Сканави.

У Марка рано проявился наряду с музыкальным (виолончель) и поэтический талант. Его ранние стихи тому свидетельство.

Они еще не совсем зрелые, эти юношеские стихи, но написанные в ритме «пламенного» Маяковского тех лет, остро гражданственны.

Однако оба брата выбирают точные науки.

Страницы поэмы «Рубиновый путь»

ВЫБОР ПУТИ

Старший брат Георгий Иванович Сканави

Георгий Иванович Сканави, закончив физико-механический факультет Ленинградского политехнического института, сразу проявил себя и как талантливый инженер (на заводе «Электросила»), и как преподаватель Ленинградского индустриального института. В 1937 году по совокупности работ, без защиты диссертации ему присуждают степень кандидата технических наук. Но настоящее формирование ученого происходит в Физическом институте АН СССР, куда он пришел в 1941 году. Вся деятельность ФИАНа в то время была направлена на военные цели. Георгий Иванович участвовал в создании радиолокационной защиты, продолжая начатые работы по конденсаторным керамическим материалам, важность которых для радиотехники трудно переоценить. В 1952 году за работу по созданию диэлектриков для керамических конденсаторов ему была присуждена Сталинская премия, а его двухтомная монография «Физика диэлектриков» стала настольной книгой для многих поколений физиков.

В 1958-59 годах Г.И. Сканави начал работать над новой темой -изменение свойств материалов под воздействием радиационного облучения. Однако ранняя смерть в 49 лет прервала исследования ученого. Будучи разносторонне одаренным человеком, владеющим тремя иностранными языками, Георгий Иванович, несмотря на детскую травму, занимался спортом: играл в теннис, плавал, а в послевоенные годы они с женой в течение ряда лет занимали призовые места по фигурному катанию на первенствах Москвы, страны, на Спартакиаде народов СССР.

Выбор пути Марком Сканави

Младший из братьев Марк Иванович Сканави, поборов тягу к литературе, как профессии, после окончания Ленинградского государственного университета (меха-

С учениками своего 10 «А» класса. 1940 г.

нико-математического факультета) становится учителем математики.

Как он сам сказал своими стихами:

Моя первая жизнь

- математика. Чтоб ни встретил я,

чтоб не искал —

В оловянном мундире

солдатика

Всем хоругвям ее

присягал.

И в то же время:

Не в скафандре и не в железе я, Беззащитный — ныряю вглубь, Жизнь вторая моя — Поэзия, Не выталкивай. Приголубь.

Отныне математика - его призвание, искусство и судьба. Сначала это школа №280 в Москве, по том кафедра математики в Московском авиационно-технологическом институте и школа № 206. В школе с учениками Марк Иванович чувствует, что педагогика - его призвание.

Аттестат окончившего Ленинградский университет учителя средней школы

Его любят дети. И сейчас спустя 70 лет своего учителя математики вспоминает его 90-летний ученик Николай Александрович Иванов: «У меня и сейчас перед глазами молодой улыбающийся Марк Иванович с тарелкой фруктов. Так он в первый раз вошел в наш класс. Его стиль преподавания в отличие от наших учителей был совершенно другим. Он рассказывал новый материал отрывками, вызывал после каждого отрывка кого-то из класса и просил повторить услышанное. Если тот правильно повторял, то Марк Иванович рассказывал нам что-то интересное, занимательное совсем на другую тему. Потом снова продолжал объяснять новый материал также поэтапно. Если вызванный ученик не мог повторить правильно материал, то мы лишались интересной вставки Марка Ивановича и с укоризной смотрели на своего товарища.

Библиотека была у нас далеко. Это ведь была тогда провинция (Тимирязевский район). За интересной книгой занимали очередь. И Марк Иванович, помню, рассказывал нам иногда что-то из классической литературы. Я запомнил, например, рассказ О. Генри «Последний лист».

Были у него и другие индивидуальные приемы, как например борьба с подсказчиками с помощью мелких денег - двушек, трехкопеечных и пятикопеечных монет, которые Марк Иванович приносил каждый раз и выкладывал на стол. Это особый рассказ. А перед выпускным экзаменом он сумел так настроить класс, что мы запросили дополнительных его консультаций, и абсолютно все успешно выдержали экзамен. Труднейший предмет он сделал интересным и обеспечил 100 % успеваемость. При этом плохо справившемуся с задачкой ученику он никогда не делал выговор за неуспеваемость, а говорил огорченно: - Значит это я виноват, так плохо объяснил».

Сейчас учитель истории школы №216 (бывшей №206) Кострюков Михаил Александрович добивается присвоения ей имени Марка Ивановича Сканави. Причем все на собственном энтузиазме. Не перевелись еще на Руси подвижники.

Неуемная натура молодого артистически одаренного человека требовала активной деятельности. Он поступает в труппу студенческого театра МГУ и с увлечением играет в спектаклях. Молодость. Расцвет творческих сил и энергии. Любовь.

Школа № 216 , где в 1940-1941 гг. учил детей Марк Сканави Ученик М.И. Сканави H.A. Иванов и учитель М.А. Кострюков. В школьном музее. Февраль 2012 г.

М.И. Сканави, 1940 г.

Афиша Драматического Коллектива МГУ спектакля «Чайка», состоявшегося 17 апреля 1938 г. В роли Сорина - М.И. Сканави.

ПОВОРОТЫ СУДЬБЫ

Жена и друг

Ирина Викторовна Сканави

Рассказывает Наталья Алексеевна Сканави, профессор кафедры строительных материалов МГСУ, жена младшего сына М.И. Сканави: «14 января 1939 г. в день своего двадцатисемилетия Марк Сканави женится на Ирине Бутескул. Их знакомство произошло, вероятно, через близкую подругу Ирины -Женю Товбину, которая так же, как и Марк Иванович, занималась в драматическом кружке МГУ и играла с ним вместе в «Чайке»...

Тогда впервые он вышел на сцену. Увидев его в 1939 году в роли чеховского Дорна на сцене театра МГУ, мхатовские «старики» пригласили самодеятельного артиста в труппу. Но Марк Иванович не решился бросить профессию, хотя любовь к театру сохранилась у него на всю жизнь.

Ирина Викторовна Сканави была дочерью потомственного инженера-путейца Виктора Ивановича Бутескула, одного из первостроителей московского метро, ветерана Метростроя, отдавшего ему 40 лет жизни (с 1931 по 1971 гг.).

Химик по образованию, Ирина Викторовна после войны преподавала химию в московских вузах, в частности во Всесоюзном заочном энергетическом институте. Московском институте радиотехники, электроники и автоматики. Она пережила мужа на 23 года».

Война

Зима 1942 г. Фронтовая весточка от лейтенанта Сканави с надписью - «Горячо любимой мамочке»

Предчувствие войны носилось в воздухе, но пришла она все равно внезапно, вмиг разрушив все мирные планы людей.

8 июля 1941 года Марка Сканави призвали в армию и откомандировали в распоряжение дальневосточного морского флота. А на следующий день в старом московском роддоме появился на свет

старший сын Владимир (в семье -Дима). Только через четыре года Марк Иванович увидит своего сына - в 1945 году после возвращения с фронта. В течение этих четырех с лишним лет он скучает по родным, жене, дому.

К жене:

Так много хочется тебе сказать хороших слов,

Что вряд ли это выполнить

сейчас смогу я дельно. Ты не сердись. Терпи. Терпеть

и я готов -Я все тебе потом скажу.

И на ушко. Отдельно.

Надпись на обороте фото: «Маме, Ирине - На карточке в виде уменьшенном, но тем не менее все равно мою, дарю обеим моим любимым женщинам яйцевидную физиономию. 9.VIII.42 г.»

Даже по этой короткой надписи видно, что Марк Иванович обладал не свойственным большинству людей качеством - умением подшутить над собой.

Фронтовые письма своего Марка Ирина Викторовна бережно хранила полвека. Сохраняла она и шутливые послания, которые еще до войны в начале их совместной жизни писал ей Марк Иванович от имени своей собаки по имени Вектор (сразу ясно, что хозяин - математик). В конце письма к листу прикладывалась его «чернильная» лапа.

Летом 1941 года родные Марка Ивановича эвакуируются в Свердловск, где Мария Семеновна поступает на должность заведующего кафедрой общей химии Свердловского горного института и одновременно профессора Свердловского университета.

Еще в 1939 г. Мария Семеновна решила окончательно посвятить себя педагогической деятельности и ушла из биохимической лаборатории АН СССР с хвалебным отзывом академика В.И. Вернадского: «...Во всех работах М.С. Сканави-Григорьева проявила себя как опытный и добросовестный экспериментатор, как научный работник с большой эрудицией.

После возвращения в Москву в 1945 году Мария Семеновна Сканави-Григорьева заведовала кафедрой неорганической и аналитической химии Московского городского пединститута им. В.П. Потемкина.

Можно сказать, что Марку Сканави повезло: командиру огневого взвода, начальнику связи подразделений зенитной артиллерии Тихоокеанского флота лейтенанту Сканави не пришлось участвовать в тяжелых боях на Западном фронте. Однако медали «За победу над Германией» и «За победу над Японией» украшали грудь старшего лейтенанта Сканави.

В военное время накапливался жизненный опыт наблюдений за людьми. В последние годы войны во Владивостоке лейтенант Сканави в Краснофлотском театре ставит Чехова и сам играет Тригорина в «Чайке». Уже тогда он чувствует потребность писать.

Афиша VII олимпиады краснофлотской художественной самодеятельности ТОФ. «Чайка». 5 февраля 1945 г. В роли Тригорина - лейтенант Сканави.

Снова дома

И вот старший лейтенант запаса М.И. Сканави снова в Москве, в родительском доме, в квартире на Сретенском бульваре. Семья воссоединилась в полном составе в 1946 году, так как Марку Ивановичу еще год пришлось «послужить флоту» в должности старшего инженера трофейного отдела военно-морских сил. А с конца 1946 г. он снова учит студентов своей любимой математике в Московском механическом институте, затем во Всесоюзном заочном энергетическом институте. Его зовут в аспирантуру Военно-инженерной академии, в ЦАГИ.

Из рекомендации академика С.А. Христиановича:

«Знаю лейтенанта СКАНАВИ Марка Ивановича, как способного, инициативного работника и рекомендую его в аспирантуру Вашей Академии.

Несмотря на отсутствие специального технического образования, он будет весьма полезен Академии. 7 октября 1943 г.»

Рекомендация в аспирантуру ЦАГИ, 1943 г.

Отдыхали всей семьей. Сходня. 1951 г.

Лето 1950 г. Болшево. С сыном и родителями

С женой Ириной

В 1954 году M.И. Сканави приходит в Московский инженерно-строительный институт и остается здесь до конца жизни сначала в должности старшего преподавателя кафедры высшей математики, потом, после защиты кандидатской диссертации в 1957 году на тему «Об одном специальном дифференциальном уравнении второго порядка» (научный руководитель д.ф.-м.н. А.Ф. Бермант), становится доцентом, а затем - заведующим кафедрой. В последние годы жизни Марк Иванович уступил эту должность только что защитившему докторскую диссертацию С.Я. Хавинсону.

В 1964 году М.И. Сканави - член Научно-методического Совета по математике при Минвузе РСФСР и СССР.

Отказавшись от карьеры профессионального артиста, Марк Иванович решает испробовать себя в качестве драматурга, не оставляя профессии математика.

Вместе со своим товарищем (М. Архангельским) он пишет пьесу в 4-х действиях о гидробиологах под названием «Будем жить» (второй вариант названия «На краю»). Как вспоминают родные, авторский азарт заставляет сочинителей засиживаться заполночь в ванной комнате той самой квартиры на Сретенском бульваре. Оба курят так, что сизый дым долго стоит в ванной, преследуя домочадцев. Эта пьеса о том, как партия ученых - зимовщиков маленькой полярной станции в военное время оказывается в экстремальных условиях приближения вражеских кораблей - рейдеров. Надо решить - покинуть зимовку, оставив немцам ценные результаты исследований, или остаться и возможно погибнуть. Проявление в этой ситуации в каждом человеке его тщательно скрываемых черт - это «лейтмотив» пьесы. В ней нет свойственного тому времени пафоса. А персонажи недвусмысленно напоминают героев пьес Чехова. Даже отношения между зимовщиками строятся похожим образом. Это еще раз подтверждает, сколь живым, важным и «своим» для Сканави было классическое наследие отечественной культуры.

Пьеса участвовала во Всесоюзном «Конкурсе на лучшую пьесу» и была рекомендована к постановке в двух московских театрах, но, в конце концов, запрещена всесильным идеологическим цензором Главреперткомом.

Насыщенная, яркая жизнь Марка Ивановича протекала на глазах семьи. Жена старшего сына кинокритик Нина Александровна Зархи вспоминает:

«Я впервые встретилась с Марком Ивановичем в 1964 году.

Потом, общаясь с ним, всякий раз восхищалась многогранностью личности этого человека, удивлялась его неистощимому интересу к окружающим, его эрудиции и фантазии.

Сейчас, оглядываясь назад, в те далекие 60-е и 70-е годы, понимаешь, кого мы так рано потеряли.

Есть люди, которые не только в нашей мифологической памяти, но уже при жизни воспринимаются окружающими как яркие выразители того или иного непреходящего человеческого типа, вневременной психологической категории.

М.И. Сканави, бесспорно, был воплощением интеллигентности во всем богатстве оттенков и смыслов, заключенных в этом понятии. Умный и ироничный, необычайно скромный, органично, не на показ, честный, бесконечно любознательный, открытый всему новому - в мире, в технике и науке, в профессии, в искусстве и литературе, которые он любил, пожалуй, с не меньшей силой, чем родную матемаматику.

Он был порядочен и бескорыстен. Создавалось ощущение, что ему не приходилось бороться с дьявольскими искушениями эпохи, в которой он жил, - он просто обладал врожденным иммунитетом к подлости, природной брезгливостью, отторгавшей хамство и предательство, цинизм и пошлость.

Из стихотворения «Грязелечебница»:

Если душу твою очернили, глумясь,

Если пишут напраслину

чьи-то ручищи,

Ты прими клевету

как целебную грязь,

От которой становятся

крепче и чище.

Вместе с тем, в его жизни бывали и очень тревожные, мягко говоря, моменты. Так, однажды с наивностью - или лукавством? - оторванного от жизни ученого он, будучи председателем приемной комиссии МИСИ, получив спущенный сверху обычный для советской поры «лимит» на абитуриентов - евреев, попытался выяснить, кто же конкретно «спускает» этот постыдный документ. Результатом «восхождения» все выше и выше стали некоторые, хотя бы на один год, послабления для способных ребят, и, разумеется, - неприятности по службе.

Вспоминая Сканави

С коллегами

Стихи и пьесы, которые Марк Иванович писал всю жизнь с ранней юности; музыка - он играл на виолончели; театральные постановки, которые он, как режиссер, осуществлял в разных самодеятельных коллективах; роли, сыгранные им прежде всего в чеховских спектаклях на сцене МГУ и МИСИ; наконец, шахматы, пинг-понг, лыжи, - все, чем он занимался, он делал творчески, изобретательно, с заразительной энергией. Я знала, что по институту и за его пределами ходили его острые импровизации, серьезные и шутливые афоризмы, лингвистические экспромты, так называемые «рассказворды», «полиндромоны», которым «позавидует» сегодня любой компьютер...

Стихи Марка Ивановича иногда нежны и лиричны, иногда грустны и философски фаталистичны, часто сатирически остры. И при этом они настолько биографичны, что ими можно иллюстрировать различные перипетии в жизни этого человека, остро чувствующего несправедливость, фальшь или красоту. Любопытно, что подписывая стихи. Сканави прятался за именами двух своих сыновей, а позже - внуков. Так он стал сначала Владимиром Андреевым, затем Сергеем Алексеевым»...

Вспоминая написанные в стихах две пьесы Марка Ивановича, Нина Александровна продолжает: «В специфическом ремесле драматурга, сочетающем и литературные задачи, и понимание природы театра, условностей игровой стихии, знание законов сценического поведения, особенностей существования артиста в роли, - Марк Иванович был абсолютно профессионален...

Из двух его пьес первая представляет собой версию романтического мифа о запретной трагической любви, вспыхнувшей между девушкой, жительницей некой вымышленной страны, и полководцем напавшего на эту страну войска. Лиризм любовных сцен и возвышенный па-

тетическии слог страстных монологов главного героя точно соответствуют «оперному» жанру.

Вторая дошедшая до нас пьеса «Услуга за услугу» (1965 г.) - едкая сатирическая комедия, остроумно высмеивающая руководство высшей школы, невежество чиновников от науки.

Итак, считается,

начальник нынче тот,

Кто служит

заполнением пустот.

Или это:

Они одной цепочкой перевиты. Но что связало их?

Естественный вопрос.

Сейчас скажу — придуман

этой сворой Один связующий закон,

который

На трудностях житейских

произрос.

Что ж, есть такой

приятнейший закон —

УСЛУГА ЗА УСЛУГУ -

вот каков он.

Динамичность действия, происходящего на даче одного из советских начальников, сочные характеры, выразительная лексика хозяев и гостей, стремительность рифмованных диалогов, меткость реплик, которые легко запоминаются и превращаются в афоризмы, - за всем этим безошибочно угадывается гениальный образец - «Горе от ума» Грибоедова».

О стихах Марка Ивановича

Они разные. Но главное, что их объединяет, это отсутствие пафоса, выспренности, категоричности, нескромного выпячивания своего «я». Все это было автору чуждым и в искусстве, и в жизни. И в то же время их отличает образность точного описания момента. Вот описание полустанка:

Вдруг остановится

у четырех берез Измученный одышкой паровоз

И прокричит.

Его протяжный стон

Спугнет на бал

собравшихся ворон...

Семидесятая забытая верста

Считает расстоянье от моста,

А на окне семидесятой будки

Засохшие в горшочке незабудки.

ВСПОМИНАЯ СКАНАВИ

Занятия в телестудии

Педагогический дар и не только

«В преподавании, как мне думается, - вспоминает H.A. Зархи, -Марк Иванович воплощал свою увлеченность самим процессом нестандартного мышления и анализа, свое любопытство к жизни. Тем более, что это его стремление узнать и понять все новое относилось и к новому поколению. А потому общение с молодыми было для педагога Сканави делом радостным и необходимым. Студенты не могли этого не чувствовать, что создавало доверительные отношения между учениками и учителем. Ну, и, конечно, обаяние - негромкое, идущее от ума, который светился в его слегка прищуренных, словно смеющихся глазах за толстыми стеклами очков. Его доброжелательность и ироничность, направленная и на себя тоже, его юмор - легкий, всегда исходивший из ситуации, реакции в разговорах, - все это влекло к нему людей.

Совсем неслучайно именно Марк Иванович стал пионером телевизионного обучения, по сути предвестника интерактива, виртуального общения.

Он тогда с головой ушел в новую деятельность - вел занятия по математике для поступающих в вузы по четвертой телевизионной учебной программе, только-только начинавшей вещание. Он общался с многоликой, многомиллионной невидимой аудиторией свободно и непринужденно, как будто видел каждого зрителя.

Потом его занятия в телестудии проходили и с участием одного -двух десятков абитуриентов.

Помню, как Марк Иванович по-детски радовался, что был левшой: «Мизансцена очень удобная», -объяснял он, - «я ведь, когда пишу на доске, не загораживаю написанное, и время экономится - не надо отходить в сторону, ждать, чтобы студенты все увидели». Он был очень увлечен этим заочным преподаванием. Оно давало возможность миллионам ребят по всей стране готовиться к поступлению в вуз у одного из лучших столичных педагогов.

Марку Ивановичу было чрезвычайно важно ощущать и обратную связь: он получал до трехсот писем в неделю с ответами на предложенные им задачи и всегда сам, хотя были штатные помощники, оценивал и комментировал работы своих зрителей-учеников».

Лектор - экспериментатор

Сейчас в передовых вузах нашей страны, поддержавшей рекомендации Болонской декларации о новых формах обучения, понемногу внедряется в практику преподавания так называемый антропоцентрический, т.е. комфортный для восприятия человеческим мозгом, метод подачи материала студенту. Тогда, в 60-е годы доцент кафедры высшей математики МИСИ М.И. Сканави интуитивно опробовал эту методику, отвергая однообразное монотонное изложение учебного материала:

Есть лекторы—о них вы помните,-

Известен их умный труд.

Но стоит открыть им рот,

как в комнате

Немедленно мухи мрут.

О том, насколько необычным, отличающимся от традиционной формы подачи учебного материала, был метод Марка Ивановича, можно, хотя и поверхностно, приблизительно, составить представление по отрывочным воспоминаниям его учеников.

Игорь Владиславович Дудлер, выпускник МИСИ 1956 года, к.т.н., профессор МГСУ в своем вдохно-

Уроки Сканави

венном очерке, озаглавленном «Помню, восхищаюсь, благодарю», приводит пример одного педагогического приема Марка Ивановича, который можно, пожалуй, назвать и психологическим приемом:

В аудитории

«Впервые я увидел Марка Ивановича 58 лет назад в 1954 году, когда был студентом четвертого курса гидротехнического факультета МИСИ, в аудитории № 301 в здании на Спартаковской улице. Он читал специальный курс математики «Теория функции комплексного переменного». Наш поток с большим интересом слушал этого прекрасного лектора, очень уважал его и даже любил. Но вот однажды, не помню в связи с чем, все были взбудоражены, в аудитории стоял какой-то гул и мы явно мешали лектору. Марк Иванович неожиданно прервал лекцию, положил мел, тяжело оперся на длинный стол перед доской (до сих пор хорошо помню это мгновение) и замолчал. Замолчали и мы. Марк Иванович начал говорить о том, какой тяжелый труд лектора, как сложно вести занятие и донести всё, что хочется передать слушателям, когда не чувствуешь ответного желания и контакта с аудиторией. И вдруг спросил: - Может быть, кто-то из вас хочет попробовать прочитать для всего потока лекцию? Была пауза, потом несколько студентов чуть ли не хором стали спрашивать, а что за это будет? Зачет, - ответил Марк Иванович. Так кто решится? -еще раз спросил он. Поднялись три руки. Одна из них была моя. В тот момент я даже не представлял, на какой труд обрекал себя. Двое других студентов не выдержали, а я целый месяц готовил под руководством Марка Ивановича свою первую в жизни лекцию.

Два-три раза в неделю я приезжал к нему домой на Сретенский бульвар. Каждый раз он занимался со мной 1,5-2 часа, а затем очень ловко и азартно обыгрывал в пинг-понг на большом столе, стоявшем в огромной комнате. Обычно встреча завершалась чаепитием. Примерно через месяц я успешно прочел лекцию на тему «конформные отображения». Сегодня, спустя много лет, я уже забыл её содержание, но в то время материал знал хорошо и, как ни странно, однокурсникам понравилось, а я испытал одновременно и радость, и сильную усталость, даже дрожь в ногах. В 1956 году я окончил МИСИ.

Через шесть лет я вновь встретил Марка Ивановича. Он одним из первых поздравил меня с возвращением «в родные Пенаты», пожелал успехов и выразил надежду, что после аспирантуры я останусь на педагогической работе в МИСИ. Так и случилось.

А в середине 70-х годов повторилась история, которая произошла со мной в 1954 году. Я читал лекции на факультете ТЭС и был очень доволен своими потоками, но на одном из занятий студенты очень шумели. Я вспомнил Марка Ивановича и предложил студентам прочесть вместо меня лекцию. Вызвались двое. Две или три недели я занимался с ними, и ребята подготовили одну лекцию, разбив её на две части. Хорошо помню тот день: был осенний семестр, ноябрь, достаточно прохладно, но молодые лекторы были без курточек, в рубашках. Парни излагали содержание лекции, чертили схемы и выводили формулы на доске (лекция была посвящена динамике подземных вод). Тут студенты в аудитории заметили, что рубашки лекторов темнеют на спине от пота! Вскоре в газете МИСИ «За строительные кадры» появилась большая статья «Студент читает лекцию». Жаль, что Марка Ивановича уже не было с нами, и я не смог поделиться с ним этим событием.

В конце 60-х годов я, участвуя в спектаклях театрального коллектива, услышал от Марка Ивановича, что он решил организовать СТЭМ -Студенческий Театр Эстрадных Миниатюр, что есть у нас талантливые ребята. Марк Иванович в зимние каникулы даже вывозил своих подопечных в знаменитый в то время Клязьминский пансионат, где ребята и репетировали, и отдыхали.

За компанию на лыжной прогулке

Выступление группы СТЭМ было встречено в МИСИ восторженно. В те же годы Марк Иванович стал одним из инициаторов организации группы преподавателей из числа актива МИСИ для обучения их вождению автомобиля. Пригласил и меня в эту группу. В 1969 году мы получили «права», сдав экзамены в ГАИ. Видели бы вы, как он радовался.

Расскажу еще один забавный случай.

Однажды в большую перемену мы шли с ним по коридору МИСИ в здании на Шлюзовой набережной. Внезапно Марк Иванович ударяет себя ладонью по щеке. Сначала я ничего не сказал, но через несколько минут «пощечина» повторилась. - В чем дело, Марк Иванович? Да вот, - говорит, - привязалось ко мне «мусорное» словечко «значит». Заразился от одного профессора на заседаниях Ученого Совета. Я и решил таким образом отучить себя от пагубной привычки. -И что вы думаете, очень скоро он и здесь вышел победителем! Больше коварное «значит» от него никто не слышал!

Прошли годы. Уже давно с нами нет Марка Ивановича. Я попрежнему вспоминаю его и благодарю за все, что он сделал для меня, восхищаюсь им и горжусь тем, что мне довелось учиться, жить и работать рядом с этим замечательным человеком!»

Профессор кафедры ЖБК МГСУ Алла Юрьевна Родина от имени своей 10-й группы выпускников 1967 года факультета ПГС рассказывает: «Сразу после поступления в институт, мы в течение трех семестров работали днем на строительных площадках. Уставали. А вечером, после 18 часов учились в здании на Спартаковской улице. Но на занятия мы ехали как на праздник. И этот праздник нам устраивал своими лекциями Марк Иванович Сканави. Математика нам преподносилась как замечательная, увлекательная, наглядная и очень понятная наука.

А кроме математики Марк Иванович делился с нами своими знаниями из области истории, философии и просто своей житейской мудростью. Во время лекции он всегда «держал» аудиторию, задавая вопросы по пройденному и излагаемому материалу. И очень радовался, когда получал правильные ответы. Тогда еще не был издан знаменитый задачник Сканави, и мы учились, в основном по его лекциям.

Я помню, что Марк Иванович рассказывал нам обо всех институтских достижениях, об установке вычислительной машины «Урал-2», которая занимала площадь нескольких аудиторий, но в то время была огромным научным успехом в жизни МИСИ. Студенты вообще ин-

тересовали его как новое поколение, как личности. Помнится, он составлял сам и раздавал нам анкеты с вопросами: чем интересуемся, увлекаемся, какой спектакль видели недавно, какой фильм, какую книгу читали, куда хотели бы поехать. Мы чувствовали, что не безразличны ему и отвечали взаимностью. Все это навсегда сохранило Марка Ивановича в нашей памяти и в наших сердцах».

Феноменальная память

Нет человека, из тех, кто учился или как-то соприкасался с Марком Ивановичем, и кто не поразился бы его феноменальной памяти. После одного-двух первых занятий он знал весь поток по именам и фамилиям.

Рассказывает выпускник МИСИ 1960 г. заместитель директора по науке института ВНИПИИстромсырье к.т.н. Олег Ефимович Харо: «Помню, как Марк Иванович Сканави в одну из своих первых лекций у нас на совмещенном потоке двух факультетов (ГСХ и механическом), войдя в шумящую еще аудиторию, кажется № 301, начал приблизительно так: «В 1938 году первенство мира по велосипедному спорту выиграл спортсмен из Нидерландов - дальше следовало состоящее из многих, многих слов, долго произносимое имя спортсмена. Большинство, и я в том числе, застыли с открытыми ртами. Конечно, не просто так Марк Иванович начал лекцию. Привязана фраза была как-то к текущей теме. Но главное, что аудитория была уже в его руках. Шум стих. Можно было начинать собственно лекцию».

Вспоминает выпускница МИСИ 1960 г. Наталия Павловна Казановская: «Похоже, что у Марка Ивановича была своя собственная методика тренировки памяти. Один его совет мне запомнился: - Никогда не разрешайте себе оставить не восстановленными в памяти забытое слово или фразу, продолжая мысль. Сейчас же напрягайте память до тех пор, пока слово не всплывет.» Как этот совет приходится кстати людям пожилого возраста.

А примеров находчивости Марка Ивановича в общении с нашей шумливой аудиторией можно привести множество. Студенты потоков ГСХ и механического факультета никогда не садились вперемешку, всегда слева - одни, справа - другие, подобно двум противобор-

ствующим кланам Монтекки и Капулетти. Причем у механиков - всегда был дефицит девушек, у ГСХ -их избыток. Однажды один из механиков подсел к красивой представительнице факультета ГСХ Варфоломеевой и о чем-то с ней договаривался. Вошедший в аудиторию Марк Иванович мгновенно использовал ситуацию: «Ромео и Джульетту попрошу обратить внимание на доску!» И после хихиканья - общая тишина. Что и требовалось».

Конечно, из памяти за многие годы стерлись подробности и смысловая привязка к теме лекции той или иной истории, рассказанной Марком Ивановичем, но вспоминаются сами рассказы.

Выпускник МИСИ 1960 года ныне поэт-песенник Игорь Васильевич Кохановский запомнил и пересказывал потом друзьям почти криминальную историю, то ли услышанную, то ли придуманную Марком Ивановичем в качестве демонстрации сметливости ушлых «предпринимателей», владеющих, впрочем, умением быстро считать:

«Недавно, - рассказывал Марк Иванович в 1957 году, - трое студентов взяли напрокат фургон и стали объезжать московские дома. Заходя в каждую квартиру, они представлялись как работники Санитарно-эпидемиологической станции Москвы и говорили: - Мы проводим по просьбам москвичей исследование загрязненности воздуха. Через неделю приготовьте, пожалуйста, три чисто вымытые стеклянные бутылки из-под молока (были тогда такие с широким горлышком, их принимали по 1,5 рубля) и наклейте на каждую свой адрес. Одна бутылка должна быть открытой, другая завязана марлей, а третья плотно закрытой. И Марк Иванович предлагал в уме прикинуть, сколько смогли заработать три студента через неделю в одном районе после сдачи собранных со всех квартир бутылок с типового пятиэтажного двухподъездного, затем типового девятиэтажного одноподъездного дома и т.д. с учетом аренды машины».

В мастерстве и профессионализме чтения лекций Сканави не было равных. И он мог позволить себе шутку, неуместную в устах другого лектора. Это лишь усиливало его авторитет и популярность.

«Однажды, - по рассказам бывших студентов Александра Паушкина и Льва Гершановича Марк Иванович вошел в аудиторию и сказал, чтобы все открыли тетради и внимательно записывали то, что он будет писать на доске. И очень долго, больше часа, писал длинные и непонятные формулы. Потом повернулся и сказал: - А теперь все зачеркните и с первым апреля!»

У тех, кто по-настоящему любил математику, воспоминания посерьезнее. Научный сотрудник строительной фирмы «Черус», к.т.н. выпускник МИСИ 1960 г. Александр Вячеславович Русланович: «После «неуда» по сочинению на экзаменах в МВТУ в 1954 году я поступил на работу техником-конструктором в НИИ, поставив себе целью на следующий год всё же поступить в вуз. Выбрал МИСИ, куда и подал документы. На предэкзаменационной консультации по математике я впервые увидел Марка Ивановича Сканави. Невысокий плотный мужчина с чуть хитроватой улыбкой сразу завоевал моё расположение. Показывая решения какой-либо задачи, он держал мел то в правой, то в левой руке. Помню - особое внимание он призывал нас уделить психической и физической подготовке к испытаниям:

- Накануне экзамена не следует уже обращаться к учебнику или конспектам, а лучше медленно, «ступня к ступне» прогуляться на свежем воздухе, прокручивая в уме логику предмета. На следующий день идти на экзамен надо заранее, бережно сохраняя в себе чувство уверенности в успехе, не разменивать его на болтовню.

Эти его советы я с уважением принял и следовал им по мере сил и возможности в течение всех пяти лет дальнейшей учёбы на механическом факультете МИСИ.

Мне и, думаю, всем студентам нашего курса повезло, что лекции по математике нам читал именно Марк Иванович. Всегда корректный и вежливый со студентами, он молча разрешал опоздавшему присутствие на лекции, но, как правило, на его лекции не опаздывали, то ли боясь пропустить нетривиальное начало, то ли просто из уважения.

Тайны аналитической геометрии, методы математического анализа в его изложении давали ключ к пониманию мира и у меня, например, вызывали восторг. После особенно трудного материала следовала какая-то добрая шутка или мастерски рассказанный анекдот. К сожалению, память их не сохранила. Я буквально был очарован его обаянием, ходил в математический кружок, который он вёл, предлагал иные, чем в учебнике, доказательства теорем, гордясь его одобрением. Первым приходил на экзамены, как на праздник и очень дорожил его общением. Вот одна из его многочисленных задачек на сообразительность с математическим «уклоном», которую я получил, провожая его на Сретенский бульвар, где он жил:

-Почему, когда спокойно идешь по грязной просёлочной дороге, сапоги в конце пути оказываются грязными доверху, хотя грязи было не выше щиколотки?

Учась на старших курсах, я узнал, что Марк Иванович составил

сборник задач по математике для поступающих в вузы. И абитуриенты, и студенты первых курсов ценили этот учебник выше учебников Моденова и Шахно, которыми в своё время пользовались мы.

Я ценю и очень люблю своих учителей, особенно тех, кто оставил добрый след в моей душе на всю жизнь. Марк Иванович - он особенный!»

Задачник

Первое издание знаменитого задачника

О знаменитом задачнике Сканави для поступающих в вузы знают и рассказывают все, кто поступал в технические вузы.

«Хорошо помню, как радовался Марк Иванович изданию своего задачника для абитуриентов, - рассказывает Игорь Владиславович Дудлер, - первое издание этого задачника с оригинальной обложкой, на которой красным цветом изображена «пятерня» виртуального абитуриента, знаком нескольким поколениям учащихся. Не все знают, что идея оформления этой обложки принадлежит автору задачника Марку Ивановичу. Он так объяснял её: - Все, сдавшие экзамен на оценку «отлично», выходят из аудитории и показывают «пятерню», как бы говоря этим, что получили «пять»! Ну а тем, кто не сдал экзамена и получил «неуд», тем также показывают «пятерню», давая понять этим - «от ворот -поворот».

Марк Иванович настаивал на том, чтобы на вступительных экзаменах в МИСИ задачи абитуриентам давали именно из этого задачника. Чиновники министерства возражали: «Как это можно? А вдруг абитуриенту попадется знакомая задача, которую он решал дома?». На это он отвечал, возражая: «Если школьник решит все задачи из задачника дома, то такого абитуриента я бы взял без экзамена!»

Популярность задачника была так велика, что самого названия не требовалось, чтобы объяснить, в книжном магазине, в библиотеке, что вам нужно. Достаточно было произнести «Сканави». На фонарных столбах и других «стихийных» площадках для объявлений можно было увидеть отчаянное «Куплю Сканави!!!»

«Родственникам, - рассказывает Нина Александровна Зархи, - обрывали телефон не только приятели, но и знакомые знакомых с мольбой дать свободный экземпляр хоть на несколько дней. Задачи переснимали, переписывали, а книжку отдавали дальше. До сих пор в любом месте, где носителям фамилии Сканави приходится предъявлять документ, удостоверяющий личность, - будь то поликлиника, ГАИ, даже стойка паспортного контроля в аэропорте, - они встречают дружелюбную улыбку. Это срабатывают воспоминания о собственной юности или о детях, которые уже получили или собираются получить высшее техническое образование».

Почему? Обстоятельно на этот вопрос отвечает Наталья Алексеевна Сканави:

«Перу Марка Ивановича принадлежат книги по элементарной математике, математическому анализу, научные труды, работы по методике преподавания математики в школе и в вузе и знаменитый сборник задач для поступающих в вузы. Идея разработать принципиально новый задачник пришла Марку Ивановичу в середине 60-х.

Профессор кафедры строительных материалов МГСУ Наталья Алексеевна Сканави со своими студентами

Огромный опыт, полученный им при проведении конкурсных экзаменов, позволил унифицировать требования к набору экзаменационных задач и примеров. В сборнике они были условно разбиты по трем степеням сложности, и конкурсные комиссии вузов, используя задания из сборника, могли составлять экзаменационные билеты «по своему вкусу», в соответствии со своими требованиями к уровню подготовки абитуриентов. При этом не стоило опасаться, что такой порядок может в каком-то смысле раскрыть «экзаменационные секреты», поскольку сборник содержал более четырех тысяч задач. Если абитуриент был настолько подготовлен, что мог решить любую вы-

борку задач из сборника, он мог чувствовать себя вполне готовым к экзамену.

Будучи инициатором создания и научным редактором книги, Марк Иванович сформировал замечательный авторский коллектив, который впоследствии частично менялся, но имя М.И. Сканави в нем оставалось всегда. Под этим именем сборник впервые появился и приобрел небывалую популярность. Теперь это называется «брендом».

Со временем методика преподавания Марка Иванович менялась, совершенствовалась. Учившаяся у него в 1970 году ныне профессор кафедры механики грунтов, оснований и фундаментов Людмила Игоревна Черкасова вспоминает, что у них на факультете ГСС Марк Иванович строил свои лекции вообще в виде диалога, то и дело поднимая студентов с мест в процессе объяснения нового материала, спрашивая их по теме пройденного. «По-моему, - вспоминает Людмила Игоревна, - рассказывая какие-то эпизоды из жизни, он учил нас еще и правильно говорить на истинно русском языке, вставляя в свои рассказы слова, произносимые с общепринятыми ошибками: не «бордовый», а «бордо», например, и тому подобное».

Из воспоминаний Бориса Анастасьевича Кордемского, известного математика, друга и соавтора Марка Ивановича:

«Марк Иванович 35 лет обучал математике студентов высшей школы и одновременно с 1965 года увлеченно отдавался теории и практике создания новой формы обучения математике для поступающих в вузы... Он блестяще материализовал свою идею, «поставив на крепкие ноги» эффективно действующие телевизионные физико-математические подготовительные курсы для поступающих. Сколько при этом было «борьбы за правое дело», энергии и творческой выдумки!

Следует отметить, что в то время не было ничего похожего на Интернет и прочие виды мобильного общения, а Марк Иванович сумел организовать «обратную связь» с более чем десятью тысячами корреспондентов. Ежедневно ему приходило несколько сотен писем от слушателей телевизионных курсов, и ни одно письмо не оставалось без ответа».

«Благодарной памяти Марка Ивановича Сканави от бывшего студента». Так назвал свой рассказ о встречах со Сканави-экзаменатором бывший студент факультета ГС Борис Александрович Лаушкин:

«Август 1958 года. Конкурсные экзамены в вузы Москвы... Поскольку итоговая сумма набранных

мною баллов из-за тройки по математике устной составила 21, я обеспокоился вероятностью отсева. В поисках кафедры математики МИСИ (на Разгуляе) я случайно увидел проходившего по вестибюлю Марка Ивановича Сканави, о котором уже знал, что он возглавляет кафедру, и обратился к нему с просьбой разрешить мне пересдачу. Запомнилось его внимание, с которым он выслушал просьбу абитуриента, и спокойно и доброжелательно сказал: «Вам разрешается пересдача устного экзамена, но вероятность желаемого Вами результата не очевидна; однако думается, что с уже набранной суммой баллов Вы «ломитесь в открытые двери».

Я был принят. Слушал лекции Марка Ивановича, его знаменитые «математические» анекдоты. Сейчас мне вспоминается один, известный, наверное, многим бывшим студентам:

- В темной комнате, заканчивая одеваться, студент пытается из кучи носков двух расцветок выбрать пару одинаковых. Освещения нет, он торопится, нервничает, но вдруг находит простой выход из положения. Какой?»

«А я помню эту задачку как просто анекдот про легендарного рассеянного академика Каблукова из арсенала Марка Ивановича, -вспоминает выпускница 1960 г. Наталия Павловна Казановская:

(Этих анекдотов про академика Каблукова у Марка Ивановича было множество).

- Академик Каблуков приходит в институт, а гардеробщица тетя Маша говорит ему:

- Иван Алексеевич, у Вас на одной ноге носок синий, а на другой -серый.

Он отвечает:

- Голубушка, я еще дома это заметил, полез в комод, а там ну точно такая же путаница.

Или другой:

- Академика Каблукова попросили поторговать на студенческом вечере сельтерской водой и сказали, что есть три вида сиропа - малиновый, вишневый и яблочный.

Подходит студент и просит налить ему воды без сиропа, а академик, недоумевая, спрашивает:

- А без какого - без малинового, без вишневого или яблочного?

Наверное, и этот «рассказворд» был началом какой-то математической задачки, да легкомысленная моя память его не удержала...»

И снова рассказывает Борис Александрович Лаушкин эпизод о спокойно-доброжелательном характере Марка Ивановича: «1960 год. Закончился курс математики, идет завершающий экзамен. Принимает лично Сканави. Накануне, как назло, организовалось «безособопричинное» безудержное студенческое застолье. Экзаменационный

билет удалось получить, задержав на момент его выбора не совсем свежее дыхание. Однако качество похмельных ответов и невольно сопровождавший их перегарный «факел» от студента вызвал у экзаменатора грустно-сопереживательное выражение лица. Марк Иванович молча протянул студенту зачетку, тихо назвал дату пересдачи, порекомендовал известный некрепкий напиток для облегчения состояния и посоветовал провести ближайшие двое-трое суток одному... Потом была пересдача.»

Из воспоминаний профессора кафедры строительных материалов МГСУ бывшей студентки ф-та ПГС МИСИ Ирины Викторовны Баландиной: «С Марком Ивановичем я познакомилась в 1966 году, учась в 10 классе. Школы заканчивали тогда сразу два выпуска: 11-классники и 10-класники, обучавшиеся по ускоренной программе. И хотя в те времена школы выпускали хорошо подготовленных учеников, поступить в технический вуз было трудно без дополнительных занятий. Платных подготовительных курсов тогда не было. Те, кому позволяли средства, занимались с репетиторами.

В это время Марк Иванович организовал для детей сотрудников МИСИ совершенно бесплатные курсы по математике. Интересно, а теперь кто-нибудь на такое способен? Он занимался с нами целый год, задавая объемные домашние задания, проводя контрольные работы. К лету мы, его слушатели, подошли к экзаменам, уверенные в себе. Я поступила на факультет ПГС, сдав все на «отлично». Придя на первую лекцию по математике, с разочарованием узнала, что у нас читает не Сканави. Преподаватель скрупулезно, но монотонно излагал материал, оправдывая мнение, что математика -«сухая» наука. И мы решили ходить на лекции по математике только к Марку Ивановичу. Он читал на факультете ГСС. Сидели как завороженные, и математика оказалась совсем не «сухой» наукой».

Марк Иванович был не только педагогом от бога, но человеком, про которого можно сказать: «Строг, но справедлив». Помнится, Сканави нам рассказывал такой случай. Как-то на вступительном экзамене он обратил внимание на студента в ярко-красных носках. Прочитав в его данных, приложенных к экзаменационному листу, что тот служил на флоте, Сканави устроил «допрос с пристрастием» и выяснил, что это брат-близнец поступающего. На вопрос лжеабитуриента «А как Вы узнали?» Марк Иванович сказал, что сам служил на флоте на Дальнем Востоке и что у настоящих моряков на всю жизнь сохраняется строгое отношение к своему внешнему облику.

Мой старший сын Алексей, окончивший факультет ВиВ, когда готовился к экзаменам по учебнику и задачнику М.И. Сканави, сказал:

- Как четко и доступно изложен материал! Мам, а ведь ты у него училась.

И я ответила:

- Да, сын, мне повезло».

Марк Иванович был добрым человеком, но не добреньким. Когда дело касалось учебы, добросовестности, - он был непреклонен. Ирина Александровна Данилова, инженер-механик, сейчас гражданка Канады, пенсионерка, выпускница 1960 года рассказывает, что когда Марк Иванович обнаружил у ее подруги вместо хоть каких-то знаний комплект шпаргалок, он не просто выставил ее за дверь, но категорически запретил ей даже пересдачу. И сколько подруги ни пытались вызвать у него сочувствие, рассказывая о бедственном материальном положении приезжей, он не изменил своего решения. Студентке пришлось уехать и пытать счастье в следующем году в другом вузе. И тот другой вуз оказался ее судьбой.

Это была принципиальная позиция педагога - не вытягивать двоечника на тройку, создавая видимость успеваемости:

Свои сомненья, замыслы, надежды К нам юноши и девушки несут, А мы вершим над ними скорый суд С трусливым благодушием

невежды. Того ли жизнь от нас ждала

и ждет, Чтоб мы, проверив нехотя

задачку, Всем им швырнули тройку

как подачку, Боясь испортить двойкой

наш отчет.

В семье Марк Иванович был «домашним», веселым, изобретательным на разные выдумки. В большой комнате стоял раскладывающийся стол, который всегда «был готов» к приглашению хозяина сыграть с гостем в динамичную игру пинг-понг. Гостеприимство -было и остается девизом этой семьи.

От своих наделенных разнообразными талантами родителей (Иван Александрович играл на скрипке, Мария Семеновна - на рояле и прекрасно пела) их дети, внуки и правнуки унаследовали способности к занятиям искусствами. И сейчас для любителей хорошей классической музыки дети и внуки Марка Ивановича устраивают «семейные» концерты в различных концертных залах.

Большая семья Сканави

Здесь почти вся большая семья Сканави на фамильном диване:

в первом ряду слева направо: Алексей Андреевич (внук Марка Ивановича, концертирующий пианист, радиоведущий), Ваня (правнук, начинающий виолончелист, лауреат детских международных конкурсов, играет на прадедушкиной виолончели), Александр (внук, регионовед-арабист, к. филолог. н., сотрудник Лаборатории Касперского);

во втором ряду:

Галина, жена внука Алексея (преподаватель музыкального училища, певица), Вера (правнучка, студентка Высшей школы экономики), Наталья Алексеевна (невестка, профессор МГСУ), Лева (правнук), Владимир Маркович (пианист, залуженный артист РФ, профессор Московской консерватории), Алеша (правнук, скрипач, лауреат конкурса). Катя (внучка, пианистка, лауреат международных конкурсов), Саша (правнучка), Нина Александровна (зам. Главного редактора журнала «Искусство кино»). А фотографировал младший сын Марка Ивановича - Андрей Маркович, выпускник МИФИ, сотрудник Международного агентства социологических и маркетинговых исследований.

Владимир Маркович Сканави с дочерью Катей

Александр

Андрей Маркович Сканави

Иван

Сергей Владимирович Сканави

Суметь распознать призвание

Удивительное качество - способность разглядеть в молодом человеке, еще не состоявшемся специалисте, личность - это особый талант. Им в полной мере обладал проницательный педагог и открытый для задушевного общения человек - Марк Иванович Сканави.

На вопрос о том, что осталось в памяти у Геннадия Викторовича Хазанова о Марке Ивановиче как педагоге и человеке, знаменитый артист сказал: «Я очень признателен вам за то, что вы сейчас даете мне возможность выразить огромную благодарность этому человеку за г/ роль, которую он сыграл в моей жизни и судьбе. Сожалею, что я не смог сделать этого раньше, при его жизни».

Марк Иванович прожил яркую, но короткую жизнь. Он умер в 1972 году, через две недели после своего шестидесятилетия скоропостижно и неожиданно в любимом пансионате на Клязьме, где проводил студенческие каникулы. Умер среди коллег и студентов, наблюдая за игрой в пинг-понг. Ждал своей очереди сразиться. Не успел...

Он спешил жить, как будто чувствовал, что времени ему отпущено мало.

Размышлял о сути бытия:

Ни слова. Не ропщи на то,

что над тобой Проекция косы с рождения

нависла, На то, что жизнь прошла

без видимого смысла... Ты многое любил —

движенье, звуки, числа, Снег в солнечном лесу

слепяще голубой,

А летом радуги

цветное коромысло... Как пошлину все это

нужно дать, Как отзвук на пароль

за то, что увидать Случилось над столом

склоненного внучонка, Смеющегося радостно и звонко, Чья тонкая, но крепкая ручонка Каракули вплела

в твою тетрадь.

Марк Иванович жадно впитывал все новое из мира науки, литературы, искусства и, конечно, педагогики. Когда в СССР просочилась информация о новой самостоятельной

научной отрасли - кибернетике, он, изучив историю ее возникновения, принял участие в дискуссии на тему о полезности кибернетики для советской науки. Его статья «Что такое кибернетика» с философской точки зрения и сейчас интересна и познавательна.

Не менее интересны и своевременны высказанные в различных статьях соображения М.И. Сканави о методике преподавания в высших учебных заведениях.

Как-то подбирая эпиграф к своим стихам, Марк Иванович взял такой: «Одного выдающегося математика спросили про его ученика, подававшего большие надежды.

Ученый ответил:

- Чтобы стать математиком, ему не хватало воображения, и он стал поэтом...

У Марка Ивановича Сканави было и воображение, и талант математика и поэта, и еще много качеств, присущих большим людям и ярким личностям.

100-ЛЕТИЮ СО АНЯ РОЖДЕНИЯ ПОСВЯЩАЕТСЯ...

14 января 2012 года исполнилось 100 лет со дня рождения «легенды» МИСИ-МГСУ, талантливого математика, неординарного педагога, составителя популярного в нашей стране и за рубежом, много раз переизданного сборника задач по математике для поступающих в вузы, художественно одаренного человека, одного из создателей телевизионных подготовительных курсов, участника Великой Отечественной войны, кандидата физико-математических наук, заведующего кафедрой высшей математики МИСИ 60-х годов

МАРКА ИВАНОВИЧА СКАНАВИ

Центр информации, рекламы и связей с общественностью Московского государственного строительного университета тел.:(495) 651-81-69, e-mail:expo@mgsu.ru, www.mgsu.ru